Главная » 2017 » Май » 3 » Увеличение заработной платы в преддверии банкротства - можно ли отстоять?
12:15
Увеличение заработной платы в преддверии банкротства - можно ли отстоять?

Хотели как лучше, а получилось как всегда

                                                                                        В. С. Черномырдин

         Одно из известных выражений, ставшее крылатым, было сказано Председателем Правительства Российской Федерации В. С. Черномырдиным на пресс-конференции 6 августа 1993 года, в контексте печально известной денежной реформы 1993 года.

         К сожалению, данная формула применима ко многим аспектам как законотворческой, так и правоприменительной деятельности. Очевидно, наша задача - сокращать сферу её применения, хотя бы потому, что она является антиподом принципов разумности и добросовестности.

         Мы часто наблюдаем, что та или иная позиция законодателя (и, как следствие, практики) не базируется на теории, основанной на принципах права, а является следствием злоупотреблений одной из сторон. В итоге другой стороне предоставляются дополнительные правомочия, которыми, зачастую, злоупотреблять начинает уже она..Данное негативное явление в римском праве называли сirculus vitiosus, что в переводе означает "порочный, замкнутый круг".

         С одной из ситуаций, иллюстрирующей слова В.С.Черномырдина и представляющей собой правовой сirculus vitiosus, автор настоящей статьи столкнулся на практике. 

         Речь идёт об одном из аспектов статуса работника, причем работника высокой квалификации, представляющего ценность для работодателя  (и не одного), и, как следствие, получающего высокую заработную плату и существенные по размеру премии.

          Ситуация сложилась следующая.

М. В. Шутько, начальнику отдела правового сопровождения ООО ФК «Лайф», Приказом от 24.09.2015г. №264-к была увеличена тарифная ставка до 229 886 рублей. Сделано это было на основании Положения об оплате труда сотрудников, утверждённого Приказом ООО «ФК «ЛАЙФ» от 01.08.2011 № 25/1 (далее — Положение об оплате).  Кроме того, М. В. Шутько получил крупную премию в размере 1 333 056 руб по итогам конкретной деятельности.

И всё это произошло в преддверии банкротства работодателя. 

На первый взгляд (но - всегда ли он - самый лучший?), картина совершенно очевидная - руководитель договорился с работником; деньги выведены в ущерб кредиторам, следовательно, надо поскорее признать недействительными все приказы и произведённые на их основе выплаты, и дело с концом. Именно так многие юристы рассуждают, именно такие решения многие суды выносят.. Тем более что и правовая база в настоящее время имеется.. но очевидные общеизвестные моменты в настоящей статье мы повторять не будем.

Констатируем опасное правовое явление, в последнее время наблюдаемое весьма часто - арбитражный управляющий, приступая к исполнению своих обязанностей, практически не вникая в детали, заявляет о недействительности всех выплат, отклоняющихся от средних (а иногда даже и не отклоняющихся). Кредиторы, естественно, таким управляющим весьма довольны, поскольку он наполняет конкурсную массу, следовательно, своё вознаграждение получает не зря. Суды, к сожалению, не вникнув в правовую составляющую,  нередко поддерживают управляющего, удовлетворяя его требования и взыскивая с работника якобы неверно выплаченную заработную плату и премии. В результате - в настоящее время следует признать - борьба со злоупотреблениями привела к нарушению прав добросовестных субъектов. 

Данное крайне негативное правовое явление следует пресечь, и как можно скорее. Это - первоочередная задача как теоретиков, так и практиков, специализирующихся в области конкурсного права.

Причина выявленного опасного явления в том, что первый взгляд часто бывает поверхностным, неглубоким и, как следствие, ошибочным. Можно ли назвать юридически грамотным решение, которое не учитывает все обстоятельства дела, а принято в угоду стереотипам?!

В настоящей статье мы не будем подробно рассматривать ситуации, когда основания для признания выплат заработных плат и премий недействительными имеются - безусловно, такие злоупотребления имеют место на практике, и их немало. Многие юристы рассуждают именно так - если зарплата повышена в преддверии банкротства, следовательно, это сделано во вред кредиторам, которых немедленно надо защищать.

Но - nulla regula sine excepcion- бывают ситуации, когда  повышение зарплаты никак не связано с потенциальным банкротством либо, может, и связано, но направлено не на вывод активов, а, наоборот, на спасение должника от возбуждения производства по делу о банкротстве!! 

На примере ситуации, в которой оказался юрист М. В. Шутько,  обратим внимание на некоторые из обстоятельств, ломающих сложившийся стереотип тотальной незаконности повышения запрлат и выплаты премий в преддверии банкротства. 

Но перед тем, как перейти к анализу ситуации, рассмотрим некоторые судебные выводы по аналогичным делам.

Уже имеется судебная практика, хоть и немногочисленная, в рамках которой некоторые суды разумно дифференцируют повышение зарплат и выплату премий по критерию цели таковых на две категории - 

1) Цель - вывод активов; - такие выплаты признаются недействительными, полученные работником деньги возвращаются в имущественную массу должника;

2) Цель - иная, нежели вывод активов; - такие выплаты остаются в силе, несмотря на намерения арбитражных управляющих и кредиторов признать их недействительными.

Обратим внимание на некоторые конкретные дела, в которых проявляется вторая позиция.</o:p>

         Генеральный директор ООО "Урал Беби Фуд" И. Ю. Пехотин в преддверии банкротства получил дополнительные платежи к заработной плате в размере 8 300 329 руб. 83 коп.  Конкурсный управляющий должника Левченко Е.И. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по выплате заработной платы бывшему генеральному директору и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Пехотина И.Ю. в конкурсную массу должника денежных средств в указанной сумме. </o:p>

         Отрадно констатировать,  что и Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.10.2015, и  Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2016 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано; кассационная инстанция оставила данные судебные акты без изменения, а жалобу управляющего - без удовлетворения.    Интересно, что кассационная инстанция отклонила довод конкурсного управляющего должника о том, что выплата Пехотину И.Ю. заработной платы в общей сумме 8 300 329 руб. 83 коп. является крупной для должника сделкой, совершенной без одобрения, использовав небесспорный аргумент - указав, что одобрением можно считать ежегодное утверждение бухгалтерского баланса, в том числе за 2010, 2011, 2012 годы, когда Пехотин И.Ю. избирался генеральным директором общества "Урал Беби Фуд". Очевидно, утверждение бухгалтерского баланса, если и является одобрением, то косвенным, а косвенные взаимосвязи не должны учитываться при построении судебных выводов.

         На мой взгляд, в этом деле мы наблюдаем интересное правовое явление - суды исходили из принципов разумности, справедливости и обоснованности выплат И.Ю. Пехотину - и для того, чтобы не допустить нарушения его прав, даже использовали сомнительные аргументы.

         Самый важный вывод, сделанный кассационной инстанцией, состоит в следующем. Заработная плата выплачена законно, ибо отсутствуют доказательств, свидетельствующие о том, что в результате произведенных выплат у должника возникли признаки неплатежеспособности либо, что выплата заработной платы генеральному директору производилась с целью вывода активов должника либо при отсутствии соразмерного встречного предоставления.

         Эта позиция заслуживает всяческой поддержки!! 

         Немного переформулируем её, чтобы вывести правило: выплаты работникам недействительными быть признаны могут, если имеются доказательства того, что 1) в результате этих выплат у должника возникли признаки неплатежеспособности; 2) выплаты производились с целью вывода активов; 3)  встречное удовлетворение (то есть тот труд, который отдал должнику работник), было несоразмерным (иначе говоря, на рынке труда работа такого уровня и такого качества оценивается ниже).</o:p>

В развитие и подтверждение сделанных выводов - ещё несколько примеров. </o:p>

Арбитражный суд Московского округа указал, что для оспаривания выплат в пользу работников необходимо доказать, что именно повышение заработной платы привело к неплатежеспособности и невозможности удовлетворения требований перед кредиторами. 

Девятый арбитражный апелляционный суд ответил, по сути, на вопрос о презумпциях - если кредитором (именно кредитором, работник ничего доказывать не должен!) не доказано, что именно повышение заработной платы привело к неплатежеспособности и невозможности удовлетворения требований перед кредиторами, то оспорить повышенные выплаты зарплаты нельзя.

Арбитражный суд Центрального округа отметил, что выплату заработной платы можно оспорить, если есть доказательства отсутствия факта  выполнения работником трудовых обязанностей. Соответственно, повышение зарплаты  должно остаться в силе, если работник надлежащим образом свои обязанности выполнял.

Арбитражный суда Уральского округа рассмотрел дело, в рамках которого оспаривалась выплата в преддверии банкротства премий - премии считаются выплаченными законно, если:

- премированный работник выполнял свои трудовые функции задолго до признания должника банкротом;</o:p>

- премии начислены пропорционально цене заключенных с заказчиками договоров, иначе говоря, являются мерой стимулирования, используемой при расчете заработной платы в зависимости от результативности выполняемых трудовых обязанностей.</o:p>

Делаем вывод - премии будут считаться выплаченными законно, если работник заработал больше, чем обычно, и за это ему было обещано стимулирование. </o:p>

 Арбитражный суд Западно-Сибирского округа указал, что выплата работнику должника надбавки к заработной плате подпадает под признаки  недействительной сделки, если отсутствуют сведения об изменении условий труда вышеуказанного работника, приказы о возложении дополнительных обязанностей, размер надбавки значительно превышает сумму должностного оклада. 

Делаем вывод - повышение заработной платы законно, если это повышение обусловлено усложнением условий труда, возложением дополнительных обязанностей. 

Обратим внимание на ещё один признак оспариваемости выплат работникам, совершённым в преддверии банкротства, обозначенный в рассматриваемом Определении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа - значительное превышение размером надбавки  над суммой должностного оклада. Это, в принципе, разумно - обычно повышение зарплаты всё-таки коррелирует размеру зарплаты.

Думаю, что данный признак не следует применять к ситуациям выплаты премий - как раз премия может и несколько раз превышать размер зарплаты. В качестве примера можно привести ситуацию, когда по условиям трудового соглашения юрист получает относительно небольшой оклад, но в случае выигрыша судебных дел в виде премий - процент от сумм, полученных работодателем.

         Имеется уже и практика Верховного суда по рассматриваемой проблеме.

Так, в одном из дел ВС РФ отказал в передаче дела о пересмотре  судебных актов по заявлению о признании недействительным пункта соглашения к трудовому договору (повышающего зарплату), применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ, указав, что суды пришли к правильному выводу об отсутствии доказательств несоответствия должностного оклада размеру средней заработной платы по аналогичным должностям по региону, доказательств, подтверждающих несоответствие квалификации и профессиональных качеств работника установленному для него размеру заработной платы.

Делаем вывод - позиция ВС РФ состоит в том, что оспорить выплату заработной платы и премий можно, только если доказать:

1) несоответствие должностного оклада размеру средней заработной платы по аналогичным должностям по региону (здесь и далее подчёркнуто мною - М.Т.);</o:p>

2) несоответствие квалификации и профессиональных качеств работника установленному для него размеру заработной платы. 

Соответственно, если после повышения зарплата соответствовала средней по региону и работник профессионально соответствовал такой зарплате, оспорить её выплату нельзя.

Подобный подход с несколько иным акцентом продемонстрирован ВС РФ в следующем деле- оспорить увеличение заработной платы в преддверии банкротства можно только если размер надбавки существенно превышает размер должностного оклада заявителя, при этом сложность и объем выполняемой работы несоразмерны установленным условиям труда.   Делаем вывод - если надбавка к зарплате или премия в преддверии банкротства имели место быть, но одновременно работа стала намного  сложнее, то оспорить выплаты нельзя.

Обратим  внимание на презумпции - Верховный Суд РФ считает законными выплаты заработной платы (то есть отказывает в пересмотре в кассационном порядке судебных актов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) по заявлению о признании недействительными пунктов трудового договора)  при отсутствии доказательств несоответствия должностного оклада размеру средней заработной платы по аналогичным должностям по региону, а также доказательств, подтверждающих несоответствие квалификации и профессиональных качеств работника установленному для него размеру заработной платы. 

Делаем вывод - ВС РФ исходит из презумпции соответствия надбавок к зарплате и премий, а также квалификации работника требуемым параметрам. В свою очередь, эта презумпция базируется на общей гражданско-правовой презумпции добросовестности субъектов. Следовательно, доказывать несоответствие должен именно арбитражный управляющий - если он не смог этого сделать, признать выплаты незаконными нельзя.</o:p>

Ещё одно дело, в котором проявляется та же позиция- предусмотренный трудовым договором размер заработной платы не отличается от размера заработной платы, устанавливаемой при заключении аналогичных трудовых договоров, поэтому оспорить выплату заработной платы нельзя.

          Кроме того, Верховный Суд в настоящее время уделяет особое внимание анализу добросовестности и разумности  участников сделки; на предмет соответствия критериям добросовестности и разумности (с учетом установленной пунктом 5 статьи 10 ГК РФ соответствующей презумпции)  и недопустимости злоупотребления правом проверяются почти все сделки, оспариваемые в процедуре банкротства; отсутствие в судебных актах анализа добросовестности субъектов сделки является самостоятельным основанием для пересмотра судебных актов. 

Данный вывод представляется чрезвычайно важным - если суд не исследовал вопрос добросовестности субъектов, иначе говоря, не пришёл к выводу о доказанности недобросовестности работника, получившего прибавку к зарплате или премию в преддверии банкротства, то оспорить выплаты нельзя!!

 Рассмотренные позиции судов, в том числе Верховного Суда, основаны на применении принципов разумности, справедливости, добросовестности. В этом, в том числе, проявляется первая часть крылатой фразы - "хотели как лучше.."

Далее на примере упомянутого выше дела М. В. Шутько попробуем разобраться, почему "получилось как всегда", и соответствует ли это принципам гражданского права и процесса, а также позиции Верховного Суда.

Арбитражный суд г. Москвы постановил: "Признать недействительными сделками и применить последствия недействительности сделок изменения к трудовому договору от 07.11.2013г. №180, приказ от 24.09.2015г. №264 -к, а также действия ООО ФК «Лайф» по премированию. Взыскать  с Шутько М. В. в конкурсную массу должника ООО ФК «Лайф» 3 156 083,39 рублей"

Сразу отметим теоретическую неточность, характерную для данного документа (и не только для него). Неточность связана с ответом на вопрос - являются ли приказы о повышении заработной платы, выплате премий и т. п. сделками?

Представляется, на данный вопрос следует дать отрицательный ответ. Сделки - понятие гражданско-правовое. Действия, влекущие возникновение, изменение, прекращение трудовых отношений, сделками е являются. Но оспорить эти действия, как и сделки, можно.

 В Законе о банкротстве речь идёт о применении к действиям, не являющимися сделками, норм о сделках, для целей их оспаривания. Это - особый приём юридической техники, состоящий именно в возможности применить к одним отношениям нормы, регламентирующие иные отношения, что ни в коем случае не делает отношения идентичными.         Следовательно, с точки зрения теоретической, приказы о повышении заработной платы и о премировании работников - не сделки, а акты в области трудовых отношений; поэтому юридически точнее будет сделками их не именовать.</o:p>

Далее обратимся к сущностным конструкциям ситуации, сложившейся у М. В. Шутько.</o:p>

В ООО «ФК «ЛАЙФ» применялось (в том числе в отношении Шутько М.В.)  Положение об оплате труда сотрудников, утверждённое Приказом ООО «ФК «ЛАЙФ» от 01.08.2011 № 25/1 (далее — Положение об оплате). Оно устанавливало, что в ООО «ФК «ЛАЙФ» действует повременная и повременно-премиальная система оплаты труда (п. 2.1. Положения об оплате), а также  предусматривало доплаты и надбавки, в.т.ч. персональные, связанные с выполнением дополнительных функций или отдельных работ, увеличением объема работ (раздел 3 Положения об оплате). Кроме того, Положением об оплате предусматривалось премирование сотрудников, как в виде периодических ежемесячных выплат, так и в виде премий по итогам работы. Премии устанавливались трёх видов - 1) периодические, 2) за выполнение «требуемых объемов», 3) разовые премии «по решению руководства». Подобный подход полностью соответствует нормам Трудового Кодекса РФ (ст.ст. 129, 132, 134, др. )

         В феврале 2014 года на М. В. Шутько была возложена дополнительная функция: М. В. Шутько  Приказом № 3-ВЛК от 03.02.2014  был назначен ответственным за реализацию внутреннего контроля в ООО «ФК «ЛАЙФ» в соответствии с требованиями Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». При этом в тот момент заработная плата повышена не была.

         Не повышалась заработная плата и с учётом того, что за последние два года численность работников юридического отдела ООО «ФК «ЛАЙФ» сократилась  с 6-ти до 2-х, а количество клиентов ФК Лайф не уменьшилось, то есть работы меньше не стало, что естественным образом привело к увеличению нагрузки на 2-х оставшихся работников (в том числе и Шутько М.В.). Доказательств обратного арбитражным управляющим в судебное дело не представлено, данные факты не оспариваются.
И только 24.09.2015 была повышена тарифная ставка М. В. Шутько (до 229 886 руб.), что в рассмотренных обстоятельствах представляется полностью соответствующим и теории, и практике Верховного Суда - заработная плата М.В. Шутько повышена соразмерно увеличению количества и качества должностных обязанностей. 

Кроме того, повышение с 24.09.2015 тарифной ставки также было обусловлено ещё одним фактором (может, более важным, нежели осуществляемая им в течение двух лет работа за нескольких юристов) - в сентябре 2015 года М. В. Шутько получил официальное предложение о трудоустройстве в факторинговую компанию Сбербанка с окладом от 300 000 руб. </o:p>

Таким образом, можно сказать, что повышение тарифной ставки являлось констатацией профессионализма М. В. Шутько и выражением намерения работодателя удержать ценного квалифицированного сотрудника.

Сам факт наличия предложения о трудоустройстве с оплатой большей, нежели была даже после повышения на прежнем месте, позволяет сделать важный вывод о соответствии зарплаты М. В. Шутько уровню зарплаты работников в иных, схожих с условиями в ООО» ФК «ЛАЙФ», т. е. повышение зарплаты было равноценным.

Как видим, никакой связи с банкротством повышение зарплаты не имело. Не имеется в деле каких-либо доказательств взаимосвязи между М. В. Шутько и руководством должника (при том, что имело место изменение генерального директора), таким образом, нет оснований сделать вывод о том, что под видом заработной платы выводились активы в ущерб интересам кредиторов. Очевидно, подобные выводы не могут быть бездоказательными, не могут презюмироваться!

Ситуация противоположная - повышение зарплаты М. В. Шутько позволило должнику сэкономить деньги и время, которые неизбежно надо было бы потратить на поиски другого специалиста такого уровня, чья зарплата вряд ли была бы меньше среднерыночной. </o:p>

Далее рассмотрим ситуацию с премией, которая не менее, а даже более интересна, нежели вопрос повышения заработной платы.

Проблема премирования решалась в компании ООО «ФК «ЛАЙФ»  согласно следующим принципам:

1) работник получает определённый процент от выигранного в суде дела - соответственно, у работодателя возникает обязанность выплатить этот процент;

2) работник имеет право выбора - потребовать выплату премии до окончания исполнительного производства, то есть поступления денег на счёт работодателя - тогда процент меньше;  либо подождать поступления денег - тогда процент  больше.

Интересная конструкция, которую с теоретической точки зрения можно назвать условной альтернативной реализацией права требования выплаты премий

Обязанность выплатить премию у работодателя возникает при наличии в совокупности двух фактов:

1) во-первых, после вступления в силу решения суда по делу, выигранному юристом;</o:p>

2) во-вторых, в момент предъявления юристом требования о выплате премии (на его выбор - либо до, либо после исполнения указанного судебного решения).

С точки зрения практической произошло следующее. М. В. Шутько, выиграв судебный спор, согласился на более низкий процент премии, заявив требование о её выплате до поступления денег на счёт работодателя. Потом решение было исполнено, то есть деньги на счёт работодателя поступили - таким образом, премия М. Шутько была бы больше, если бы он заявил о её выплате позже! Но - Арбитражный суд г. Москвы признал выплату премии недействительной, мотивируя в том числе тем, что она была выплачена до поступления средств на счёт работодателя!

Из сказанного следует, что в настоящее время (если решение не будет отменено) работодатель обязан выплатить Максиму Шутько премию в гораздо большем размере! Возникает вопрос - можно ли данную ситуацию квалифицировать как причинение вреда должнику конкурсным управляющим? Думаю, на данный вопрос следует дать положительный ответ, на основании того, что действия управляющего привели к возникновению у должника дополнительных обязанностей, о чём управляющий, разумно исполняя свои обязанности, не мог не знать

Из сказанного следует, что выплата премии, хоть и произошла в преддверии банкротства, ни в коей мере не связана с выводом активов должника, а даже наоборот. Очевидно, данную премию обязан был бы выплатить и арбитражный управляющий, если бы соответствующие обстоятельства возникли после возбуждения производства по делу о банкротстве.</o:p>

Как видим, основания признать недействительными выплату в пользу М. Шутько как повышенной зарплаты, так и премий отсутствуют с точки зрения как теории, так и практики, в том числе Верховного Суда.</o:p>

         Именно поэтому удивляет и неприятно поражает  позиция не только Арбитражного суда г. Москвы, определение которого от 23.12.2016 г. по делу № А40-197397/15 было проанализировано в настоящей статье, но и тот факт, что оно было оставлено без изменения Постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 06.04.2017 № 09АП-3798/2017 по делу № А40-197397/15.</o:p>

         Данный подход, как следует из вышесказанного, противоречит:

1) теории права, согласно которой, в том числе с учётом принципов добросовестности, разумности и справедливости, далеко не все выплаты, совершённые в преддверии банкротства, являются недействительными, поскольку некоторые из них осуществлены в пользу работников, надлежащим образом исполняющим свои (возможно, возросшие в связи с банкротством) трудовые обязанности;</o:p>

2) практике Верховного суда РФ, которая защищает интересы добросовестных работников, не позволяя признавать недействительными выплаченные в их пользу повышенные зарплаты и премии, не связанные с выводом активов должника, а обусловленные количеством и качеством работы в предбанкротный период.</o:p>

         На примере  ситуации, сложившейся у М. В. Шутько, видно, что суды, к сожалению, не всегда в достаточной степени разбираются в нюансах ситуации. </o:p>

         Тем не менее надежда защитить интересы добросовестных работников, обоснованно получивших повышенные зарплаты и премии в преддверии банкротства работодателя в силу своей высокой квалификации, а не в целях причинения вреда кредиторам,  остаётся . 

Возможна даже постановка вопроса о привлечении управляющего к ответственности за осуществление действий, направленных на привлечение к ответственности в отсутствие правовых оснований, но подробное рассмотрение данного вопроса выходит за рамки настоящей статьи



Марина Телюкина

zakon.ru

Просмотров: 148 | Добавил: gau | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]